Традиционные ювелирные технологии на Руси

Мировое ювелирное искусство начиналось с украшений, которые изначально делались из кости, морских ракушек и т.п. Но в VII тыс. до н.э. человечество изобрело технику механической обработки самородного камня,  а в V тыс. до н.э. появляется высокотемпературное плавление меди в горнах и техника литья. Ювелирное искусство начинает стремительно развиваться.
На этой странице мы познакомим вас с традиционными ювелирными технологиями, существовавшими во времена Киевской Руси и дошедшими до сегодняшнего дня — такими, как литье, ковка, чеканка, тиснение, чернь, позолота, инкрустация, волочение проволоки, филигрань и зернь. 

Литейное дело

Одним из важнейших способов обработки меди, серебра и их сплавов являлось литье. К золоту, ввиду его высокой стоимости, эта техника, требовавшая массивности предметов, почти не применялась, за исключением маленьких вещей. Принципиальных отличий литье меди, бронзы, латуни, серебра, и других сплавов не представляет. Литье было основным приемом обработки металла деревенскими «кузнецами меди и серебру».

Литье в древнерусской деревне

Литьё это наиболее старый прием, известный населению Восточной Европы еще со времени бронзового века. Металл расплавляли в глиняных тиглях при участии мехов, повышавших температуру горна. Затем расплавленный металл (или сплав металлов) черпали из тиглей глиняной ложкой, носившей специальное наименование «льячка» (от глагола «лить»). Льячки чаще всего делались с носиком для слива расплавленного металла и глиняной втулкой, в которую вставлялась деревянная рукоять. Льячку с металлом подогревали на огне, а затем жидкий металл наливали в литейную форму, необходимо было заполнить металлом все ее углубления. Когда залитая форма остывала, из нее извлекали металлическое изделие, в точности повторяющее литейную форму. Разнообразны формы и объемы древнерусских тиглей. Емкость тиглей колебалась от больших объемов в 400 куб.см до маленьких в 10 куб.см. Тигли могли быть круглодонными или остродонными, реже – плоскодонными. Наиболее распространенными были конусовидные тигли с округлым дном. Тигли делались из глины с примесью песка и шамота.

Почти все литейные формы были односторонними. Такие формы прикрывались сверху гладкими плитками, чаще всего сделанными из известняка. Лицевая сторона предметов, произведенных в такой форме, была рельефной, а оборотная (прикасавшаяся к каменной плитке) - гладкой.

Литье могло производиться в односторонних формах и без гладкой крышки, прямо в открытых формах. Если обе половинки неплотно прилегали одна к другой, то металл просачивался в щели и образовывал так называемые литейные швы, которые обычно удалялись уже с готового изделия. При односторонней литейной форме эти швы располагаются ближе к задней плоской стороне изделия. Для того чтобы сделать какую-нибудь ажурную подвеску с прорезями посредине, нужно было в форме при изготовлении ее оставить нетронутыми те места, где должны быть пустоты. Тогда эти непрорезанные на форме места будут плотно соприкасаться с накладной крышкой формы, и металл туда не проникнет. Если же нужно было сделать отверстие не в плоскости самой вещи, а, например, ушко для подвешивания к ожерелью, то для этого в форме делался каналец, перпендикулярный к литку, и в этот каналец вставлялся железный стержень. Металл, вливаясь через литок, обтекал вставленный стержень, и, когда стержень убирали, получалось отверстие. Орнамент, вырезанный в форме в глубь нее, на готовой вещи, естественно, получался выпуклым.

Кроме односторонних форм с гладкой крышкой, применялись и двусторонние, т. е. такие, у которых вторая их половина была не гладкой, а также фигурной. Иногда обе половинки формы делались совершенно одинаковыми, и вещь получалась симметричной, а литейный шов шел посредине.

Применялась также глиняная мягкая форма, точнейшим образом передававшая все детали обработки оригинала модели, с которой делали форму. Глиняные формы известны и в городах - в Киеве, в Херсонесе, но в городах они не применялись так широко, как в деревне. В городе требование массовости продукции заставляло ремесленника искать более долговечных материалов, чем глина.
Очень интересно и оригинально литье по плетеной модели. На первый взгляд изготовленные этим приемом вещи кажутся сплетенными из медных проволок, но при внимательном рассмотрении выясняется, что они - литые. Восковая модель для таких изделий сплеталась из провощенных льняных или шерстяных шнуров, которые легко слипались друг с другом и позволяли выплетать сложные узоры. Полученная восковая модель обливалась жидким раствором глины, обволакивавшей все тончайшие углубления формы. После загустения глины модель обливалась еще несколько раз до получения твердой глиняной формы. Дальнейшая задача заключалась в вытапливании воска и выжигании остатков шнуров.

Эта техника литья по плетеной восковой модели была широко распространена на северо-востоке. В собственно русских областях эта кропотливая техника, сближавшая литье с вязаньем кружев, не пользовалась особенным успехом.

Городское древнерусское литье

В раннюю эпоху развития русского города многие приемы литья были одинаковы в городе и деревне. Например, на протяжении IX-X вв. городскими литейщиками чаще всего применялось литье по восковой модели и лишь позднее появляются жесткие литейные формы.
Легкость выполнения сложных узоров на воске всегда привлекала внимание мастеров к этому виду литья. Единственным препятствием была хрупкость получаемой литейной формы, которая, хоть и выдерживала несколько отливок, но легко выкрашивалась и ломалась. В IX-X вв. этой техникой изготавливались подвески к ожерельям, поясные бляшки, застежки к кафтанам (Гульбище) и головки для шейных гривен. По сравнению с деревенской техникой обработки восковой модели можно выделить следующие отличия: городские литейщики вырезают модель специальными резцами, не довольствуясь только выдавливанием узора, применявшимся сельскими мастерами. Резьба по воску давала яркую игру света и тени и позволяла значительно увеличить художественную выразительность литого изделия. Способ потерянной формы применялся и в XI-XIII вв. для отливки наиболее сложных предметов. 
Важным усовершенствованием литейного дела было открытие способа двустороннего литья по двум восковым моделям, который широко применялся в XII в.

Другим видом литейного мастерства является литье в жестких формах. 

Материалом для изготовления литейных форм служили различные породы сланца (в том числе и розовый шифер), изредка известняк, а в конце домонгольского времени - преимущественно литографский камень, допускавший особо тщательную отделку. Очень редко, и только для оловянного литья, применялись бронзовые литейные формы. 

Большинство каменных литейных форм - двусторонние с очень тщательно притертыми друг к другу плоскостями для устранения литейных швов. Для правильности совмещения обеих половинок, в литейных формах просверливались гнезда, из которых одно заполнялось свинцовым штифтом, подогнанным так, что он плотно входил в свободный паз второй половинки. Это обеспечивало неподвижность обеих форм. Для отливки объемных вещей со сложной рельефной орнаментацией киевскими ювелирами были изобретены трехсоставные формы. 

По характеру отделки все литейные формы можно подразделить на формы с врезанными линиями и на формы с выпуклыми линиями. В первом случае мастеру не нужна была особенная тщательность: он просто резал по камню вглубь. На готовом изделии получался рельефный рисунок. 

Ковка и чеканка

Эти техники нашли наибольшее распространение в городе.
В большинстве случаев из меди и серебра выковывалась различная посуда. Златокузнец отливал из серебра (или меди) плоскую лепешку, а затем начинал ковать ее на наковальне от середины к краям. Благодаря этому приему вещь постепенно принимала полусферическую форму. Усиливая удары в определенных зонах и оставляя некоторые места менее прокованными, мастер достигал желаемого контура вещи. Иногда к чашам приковывался поддон (закруглялись края), а на венчик и тулово наносился чеканный орнамент. Образцом кованой серебряной посуды может служить серебряная вызолоченная чара черниговского князя Владимира Давыдовича, найденная в татарской столице Сарае.

Ковочные работы в ювелирной технике имели широчайшее применение для самых разнообразных целей. Особо нужно отметить выковку тонких листов серебра и золота для различных поделок. Наибольшей виртуозности достигали златокузнецы при изготовлении золотых пластинок для перегородчатой эмали. Толщина золотого листа измеряется в таких пластинках не только десятыми, но даже сотыми долями миллиметра. 

С ковкой серебра и меди почти неразрывно связана чеканка этих металлов. Технику чеканки можно подразделить на три вида: мелкопуансонная орнаментальная чеканка, плоская чеканка и рельефная чеканка. Для некоторых работ применялись все виды чеканки, но каждый из этих видов имеет свои технические особенности и свою историю. 

Простейший вид чеканки заключается в том, что рисунок наносился на внешнюю поверхность вещи различными пуансонами. Орнаментируемую пластинку клали на жесткую подкладку и наносили узор, уплотняя металл в месте узора, но не делая выпуклостей на обороте. Узор наносили пуансонами различной формы: одни имели вид маленького долотца, другие давали отпечаток в виде кольца, круга, треугольника и т. д. Наиболее полно чеканка миниатюрными пуансонами прослеживается по смоленским и черниговским материалам IX-X вв. Техника мелкопуансонной чеканки возникла в северных русских городах в IX-X вв. и существовала там и в дальнейшем. 

Второй вид чеканных работ - плоская чеканка - характеризуется созданием любых композиций путем утопления фона вокруг намеченных фигур. Работа ведется теми же миниатюрными пуансонами, но только самого простого рисунка - сплошной круг, кольцо, черточка. Такой способ чеканки всегда сочетается с работой резцом. Чеканка производилась следующим образом: выкованный тонкий лист серебра прибивался к гладкой деревянной доске, на него легким нажимом резца наносился контур рисунка и затем многократными ударами молотком по пуансону фон вокруг оконтуренного рисунка утапливался вниз, в результате чего рисунок становился рельефным. Обычно высота рельефа при этом способе была невелика - 0.5-1.5 мм, и рельеф был плоским.

К образчикам плоской чеканки относится знаменитая серебряная оковка турьего рога из Черной Могилы. Она является уникальным памятником русского ювелирного искусства Х в.

Плоско-рельефная чеканка преобладала среди орнаментальных приемов X - первой половины XI в. Около середины XI в. она отчасти вытесняется новой, усовершенствованной техникой штампования или тиснения серебра на специальных матрицах, развившейся позднее в излюбленный технический прием - «басменное тиснение» (многократное применение одного штампа в одном и том же орнаменте). Чеканка сохраняется лишь, при выделке уникальных заказных вещей. Но при этом мастера-чеканщики не удовлетворяются пуансонной или плоской чеканкой, а работают третьим способом - способом рельефной, выпуклой чеканки, носившим в древней Руси название «обронного дела».

Сущность выпуклой чеканки заключается в том, что сначала орнаментируемую серебряную пластинку чеканят с обратной стороны, выдавливая рисунок резким выпуклым рельефом наружу. Лишь после того как такой чеканкой получен на лицевой стороне выпуклый рисунок, лицевая сторона подвергается более детальной обработке: разделывается одежда, лицо, волосы, подправляется общий рельеф. Для того, чтобы не порвать тонкий металл при такой глубокой, выпуклой чеканке, работу производят на специальной упругой подушке из вара, воска или смолы. Эта техника была значительно сложнее, чем простая чеканка по лицевой стороне. Обронная чеканка появляется примерно в XII в. Образцы этой чеканки встречаются главным образом в Великом Новгороде.

Тиснение и штамповка

Усовершенствованием и механизацией процесса плоско-рельефной чеканки явилось применение специальных штампов или матриц, при помощи которых на тонких листах серебра или золота оттискивался рельефный рисунок. Техника тиснения серебра получила особое значение ввиду широкой распространенности искусства черни, для которой требовался выступающий рельефный рисунок и утопленный вниз фон.

Под чернь шло преимущественно серебро, так как оно давало четкий и яркий рисунок на фоне бархатистой черни. Для того чтобы осуществить эту игру серебра и черни, древнерусские мастера обычно поступали так: на серебряную пластинку легким контуром наносился рисунок, затем фон вокруг этого рисунка, предназначенный для чернения, утоплялся таким образом, чтобы самый рисунок был выше фона, так как на плоскость фона должен быть положен слой черневой массы. Тиснение производилось на тонких листах золота, серебра, реже - меди, путем накладывания их на металлические (медные, стальные) матрицы, имеющие выпуклый рисунок. Поверх листа, на котором должен быть оттиснут рисунок матрицы, обычно клали свинцовую пластинку и по этой мягкой прокладке ударяли деревянным молотком, заставляя свинец (а за ним и серебряный лист) заполнять все углубления матрицы. Пластичность свинца способствует точному повторению форм матрицы на обрабатываемом серебряном листе.  По окончании тиснения получается пластинка с двойным рисунком: на лицевой стороне повторен рисунок матрицы, на обороте — тот же рисунок, но в негативной форме. Между рельефом матрицы и рельефом готовой продукции неизбежно некоторое расхождение, обусловленное толщиной металлического листа. Чем толще лист, тем сглаженнее, уплощеннее будет рельеф на лицевой стороне. 

Особый интерес приобретает время появления нового технического приема, заменившего собой кропотливую чеканную работу. Временем появления техники тиснения является эпоха Ольги и Святослава - середина Xв. Вероятнее всего, что появление нового технического приема в работе русских городских ювелиров связано в известной степени с влиянием византийской культуры и явилось одним из положительных результатов сближения с Византией.

Чернь

Эмаль применяли чаще всего на золоте, с чернью работали в серебре. «Где золото сменяет серебро, там эмаль сменяет чернь».. Для перегородчатой эмали серебро является материалом второго сорта в силу того, что оно менее мягко и ковко, чем золото, и легче плавится: температура плавления серебра 960,5°, а температура плавления золота 1063°. Поэтому эмальеру, работающему с серебром, сложнее сделать тонкие перегородки для эмали и спаять их в печи с дном лотка так, чтобы они не расплавились. В процессе изготовления черни такие тонкие операции не производились. 

Чернь лучше всего сохраняется в углублениях рисунка, поэтому создание подходящего для нее ложа достигалось естественнее всего при помощи гравирования. В результате мастер получал черненый рисунок на светлом фоне. Другой путь — чернение фона со светлым рисунком на нем — предполагал углубление поверхности для черни. Во всех этих случаях широко применялось и золочение.
Все перечисленные приемы — гравировка, золочение, чернение — в основе своей мало менялись. Так, химические исследования показали, что рецепт чернения, описанный Плинием Старшим, перешел из античности в металлообработку раннего средневековья практически без изменений. 

Первой стадией в сложном процессе производства серебряного украшения с чернью было изготовление самой вещи, которую предстояло украсить чернью. Реже всего для этого применялось литье. Только наконечники витых браслетов и некоторые перстни с чернью были литыми, в целом же литье — слишком не экономный способ изготовления вещей из драгоценных металлов. Обычно черненые изделия делались из тонкого листа серебра. Для создания из него в холодном состоянии полого тела применялся очень древний способ — ручная выколотка (дифовка). Основан он на таком свойстве серебра, как вязкость, из-за которой обрабатываемый ударами деревянного молотка лист тянется, изгибается и приобретает необходимую форму. Таким образом сделаны некоторые колты и обручи, исполнявшиеся по индивидуальным заказам. 

Массовая продукция требовала более легкого способа. Им оказалось тиснение на матрице. Матрицы, литые из медных сплавов, имели выпуклую внешнюю поверхность и плоскую внутреннюю. Первая при тиснении обеспечивала пластине выпуклую поверхность, вторая позволяла плотно закрепить матрицу на верстаке. При раскопках подобные матрицы найдены не раз. Они отличаются только большей или меньшей тщательностью выполнения. 

Второй стадией в изготовлении обручей была гравировка — искусство, тесно связанное с чернью. Гравирование — это вырезание рисунка на металле, при котором линейный рисунок наносится на металл при помощи стального резца, или, как его называют ювелиры, штихеля. Дошедшие до нас древние изделия с гравировкой отличаются друг от друга различными следами, которые оставил штихель. В древней Руси, как и в настоящее время, мастера использовали штихели с рабочим краем различной формы.

Радирной иглой производят первую операцию гравирования — переноску рисунка с бумаги на металл.  Пластина, на которую надо перевести рисунок, закрепляется неподвижно на специальной подушке. Такой подушкой может служить смола, разогретая в сосуде, как это делается при чеканке. После этого на заготовку кладут тонкий слой воска. Рисунок, сделанный карандашом на кальке, накладывают на воск лицевой стороной и слегка придавливают, отчего на воске остается отпечаток. Эта операция могла выглядеть и так: по линиям рисунка проводят деревянной палочкой с заостренным концом. По снятии бумаги на воске остаются углубленные линии переведенного рисунка.

Трудно сказать, как практически осуществлялся перевод рисунка на металл в древности. Можно только утверждать, что этот процесс был, о чем свидетельствует совершенный рисунок гравировки таких сюжетов, как сложная плетенка, невозможная без предварительного эскиза и перевода. Перевод рисунка легко объясняет удивительную близость сюжетов, исполненных гравировкой на обручах, с орнаментальными сюжетами рукописных книг древней Руси. По линии переведенногона восковую поверхность серебряной заготовки рисунка проходились радирной иглой, и он окончательно закреплялся на металле. 

Заключительным этапом работы над украшением с чернью и гравировкой было собственно чернение. Чернь на древнерусских украшениях бывает различной по плотности и тону. Иногда она выглядит черно-бархатной, иногда — серебристо-серой с грифельным отливом. Это зависит от различной рецептуры, в тонкости которой мы могли бы проникнуть только в результате химического количественного анализа. Поскольку для такого анализа требуется значительное количество черни и частичное разрушение древней вещи, такой путь исследования использован быть не может. Уже в X в. мы встречаемся с серебряными изделиями, украшенными черневым узором. В. И. Сизовым среди гнездовских материалов были выделены бляшки русской работы, с фоном, заполненным чернью. Черневой орнамент украшает уже упомянутый турий рог из Черной Могилы.

В состав черневой массы входят: серебро, свинец, красная медь, сера, поташ, бура, соль. Обычно эта смесь хранится в порошке. 
До конца XII в. в черневом искусстве господствовал черный фон и светлые рельефные фигуры на нем.

Образцы черни 11-13 век

Образцы черни 11-13 вв.

Инкрустация

Простейший и древнейший вид инкрустации мы находим на шпорах X-XI вв. В горячем железе тонким зубилом делался ряд углублений, которые позже забивались небольшими золотыми или серебряными гвоздиками. Золото иногда вбивалось заподлицо с поверхностью железа, иногда же выступало в виде небольших бугорков.

Применялись и врезка золотой проволоки в железо и покрытие больших площадей железа серебряными листами (часто с последующей позолотой). Для этого поверхность железа или надсекалась косой бороздкой (для проволоки) или вся покрывалась насечками и шероховатостями для лучшего сцепления с серебром.

Образцом сплошной серебряной набивки может служить шлем Ярослава Всеволодовича, корпус которого, свободный от позолоченных чеканных накладок, был набит серебром. Инкрустацией и накладкой украшались боевые топоры. 

Золочение

Она находила широчайшее применение в быту Киевской Руси, допускала несколько различных способов нанесения золота. Реже всего применялось наложение золотой фольги как наименее прочный способ соединения. 
В изделиях IX-X вв. позолота применяется очень широко, играя важную роль в декорировке различных изделий.
Древнейшим памятником следует считать фрагмент медной пластины из Киева с золотым рисунком, изображающим город с частью крепостной стены, башню, ладью с высоким загнутым носом и толпу воинов с копьями и щитами. Воины безбороды, безусы, волосы у них стрижены в кружок. Вполне возможно, что в отличие от других дошедших до нас дверей церковного назначения киевский фрагмент принадлежал двери светского дворца, так как изображения на нем лишены какой бы то ни было примеси церковности.

Медная пластинка с золотым рисунком

Медная пластинка с золотым рисунком (Киев)

Изобретение золотого письма избавило художника от утомительной физической работы, необходимой при инкрустировании, позволив ему свободно творить сложные и затейливые узоры и композиции.

В этом отношении русские ювелиры обогнали своих царьградских, итальянских и рейнских современников, создав новый вид техники золочения. Судя по тому, что эта техника пережила татарский погром и продолжала существовать в Новгороде и в XIV в., можно думать, что в XII-XIII вв. она была распространена во всех важнейших русских городах (Киев, Новгород, Рязань, Суздаль).

Волочение проволоки, филигрань и зернь

Одним из важнейших разделов ювелирной техники древнерусских городов является волочение проволоки. Потребность в проволоке была большая и требовалось ее для различных нужд очень много. Медная, серебряная и золотая проволока шла на различные изделия. Проволока крупного калибра употреблялась на изготовление гривен и браслетов, более тонкая - на височные кольца, цепочки, а тончайшие проволочные нити украшали поверхность различных предметов сложным и изящным узором филиграни.

В Киеве была найдена интересная заготовка медного проволочного жгута для гривен. Мастер заранее сделал толстую проволоку, свил ее в жгут, а затем закрутил в несколько рядов. По мере надобности от заготовки отрезывался кусок и из него делалась гривна. Найденный жгут рассчитан на 8-10 гривен.

Здесь перед нами пример перехода от работы на заказ к работе на рынок. Мастер тянет проволоку заранее, еще до получения заказа на гривны, готовит сырье для них - жгут. Совершенно очевидно, что мастер сделал заготовку в расчете на будущие заказы и резать проволоку не решался, так как гривны могли быть заказаны разных размеров. Отсюда только один шаг до того, чтобы мастер решился готовить впрок не только проволоку, но и самые гривны; в таком случае его мастерская стала бы одновременно и местом продажи украшений.

Тонкая проволока служила для выполнения разнообразных филигранных узоров. Филигрань, русская скань (от «скати» - свивать, сучить), представляет собой скрученные проволоки, образующие какой-либо узор. Скань может быть ажурной, когда сами проволочки образуют каркас вещи, но может быть и накладной на пластинке. И в том и в другом случае для скрепления нитей между собой или с пластинкой требуется пайка.

Совершенно не отделима от скани всегда сопутствующая ей техника зерни - напаивание на пластинку мельчайших зерен металла. Зерна золота или серебра заготавливались заранее из мельчайших капель металла, а затем укладывались при помощи маленького пинцета на орнаментированную пластинку. Далее все следовало так же, как и со сканью: посыпали припоем и ставили на жаровню. Возможно, что при этой работе применяли медные паяльники, раскаленные в той же жаровне. Паяльниками подправляли те места, где припой плохо охватил зернь или нить.

Для приготовления зерни современными ювелирами практиковался следующий простой прием: расплавленный металл (золото или серебро) льют в резервуар с водой через мокрую метлу или решето, разбрызгивающие металл на мельчайшие капли. Иногда применяется литье расплавленного металла через струю воды; этот прием древнерусским мастерам было трудно осуществить, так как для этого требовалась горизонтальная струя воды. Зерна застывшего металла должны были сортироваться по размерам, так как при описанных способах они не могли получаться ровными.

Зернь и скань встречены в русских курганах, начиная с IX в., и в дальнейшем являлись излюбленнейшей техникой городских златокузнецов. В раннее время зернью особенно усердно украшали серебряные лунницы. На некоторых из них напаяно по 2250 мельчайших серебряных зерен, каждое из которых в 5-6 раз меньше булавочной головки. На 1 кв. см приходится 324 зерна. На зерненых киевских колтах количество зерен доходит до 5000.

Иногда применялась перегородчатая зернь. На пластинку напаивалась тонкая гладкая проволока - каркас рисунка. Междупроволочное пространство густо засыпалось зернью, которая припаивалась вся сразу.

Особым декоративным приемом, появившимся едва ли ранее XII в., было напаивание на полый серебряный шарик миниатюрных проволочных колечек, на которые сверху приделывали по одному зерну серебра. Именно этими техническими приемами изготавливались звездчатые киевские колты . Диаметр проволочки, из которой делали кольца, достигал 0.2 мм. Кропотливость работы вознаграждалась тонкой игрой света и тени.

Одним из видов применения скани была орнаментация золотых и серебряных плоскостей на крупных изделиях вроде окладов икон, кокошников, крупных колтов и «барм». 

Развитие филигранной техники со спиральными завитками оказало влияние на орнаментику XII-XIII вв. Во фресковой живописи, в миниатюре и в прикладном искусстве именно в это время появляется спиральный узор.

Так же как в литье и в других разделах городской ювелирной техники, и в области скани и зерни мы сталкиваемся с наличием широкого массового производства наряду с перечисленными выше работами на взыскательных заказчиков. В курганах дреговичей древлян, волынян, отчасти кривичей встречаются медные бусы из проволочного каркаса с голубой зернью на нем.

На протяжении долгого времени древнерусские мастера совершенствовали свои навыки, достигая все большего и большего уровня. Ремесленники на высочайшем уровне занимались гончарным искусством, резьбой по дереву, обработкой камня и т.п., но самых превосходных результатов они добились в обработке металлов. Они владели всеми техниками ювелирного искусства. Древнерусские мастера использовали технику скани, зерни, литья, чеканки, ковки,  инкрустации, волочения, чернения и т.д., они освоили даже непомерно сложную технику перегородчатой эмали. 

Кузнецы занимались литьем из серебра и бронзы, создавали настоящие произведения искусства. Но ювелирная работа в Древнерусском государстве не ограничивалась литьем. Многие отлитые изделия украшались уникальными гравированными и чеканенными узорами и инкрустировались драгоценными камнями. Уникальность ювелирных традиций Древней Руси заключалась в универсальности мастеров, умевших работать со всеми известными техниками.